По его мнению, причиной аварии и последующего пожара стали недоработки в системе шасси самолета.

Командир самолета Sukhoi Superjet, потерпевшего крушение в аэропорту Шереметьево в мае прошлого года впервые рассказал свою версию произошедшего. По его мнению, катастрофа произошла из-за «несоответствия нормам летной годности». Если бы производитель устранил недоработки конструкции, то аналогичные инциденты с Суперджетом не повторялись, а значит безопасность полетов была бы на более высоком уровне, рассказал Евдокимов изданию Lenta.ru.

«При соответствии конструкции шасси [самолета] нормам летной годности они должны были безопасно подломиться при первом превышении нагрузки, при этом второго отделения [самолета от земли] не произошло бы», - сказал Евдокимов.

Кроме того, командир Суперджета заявил, что испытательных полетов с посадкой, превышающей максимальную посадочную, не было. При этом, в документации производитель указал о возможности посадки с массой вплоть до максимальной взлетной. Аналогичные проблемы уже были поэтому Евдокимов привел несколько примеров.

«В 2008 году — на демонстрационном полете в Ле-Бурже, в 2018 году — при испытательном полете в Жуковском, в 2018 году — при посадке в Якутске. Во всех указанных случаях шасси повреждало стенку топливного бака с утечкой топлива и лишь по счастливой случайности не приводило к жертвам. Проблема повторяется, а Минпромторг ее упорно не видит», — говорит Евдокимов.

Он также сообщил, что попадание молнии в Sukhoi Superjet 5 мая 2019 «вывел из строя одну из важнейших систем воздушного судна, а именно систему управления», тогда как «попадание молнии в самолет — нередкое явление, но, как правило, оно не приводит к нарушению работы систем воздушного судна». «Система дистанционного управления на Superjet полностью электрическая, то есть у нее отсутствует резервная механическая связь органов управления рулевыми поверхностями. Ни органы следствия, ни Межгосударственный авиационный комитет не заинтересовал факт воздействия на самолет атмосферного электричества, об этом в материалах дела попросту нет ни слова, за исключением показаний пассажиров и членов экипажа. Могу предположить, что такой обход важного факта связан с исключением риска для репутации производителя Superjet», — говорит пилот.

Пилот считает, что «необходимо изучить, что произошло с управлением после воздействия атмосферного электричества», однако «исследовать воздушное судно никто не стал, его даже не признали вещественным доказательством». «Отсутствие полноценных исследований оставляет причины катастрофы нераскрытыми — соответственно, не исключено повторение ситуации», — уверен пилот.